Поддержите The Moscow Times

Подписывайтесь на «The Moscow Times. Мнения» в Telegram

Подписаться

Позиция автора может не совпадать с позицией редакции The Moscow Times.

Скажи мне, кто твой друг: что в России думают о других странах

Почти полтора года Россия живет в состоянии, которое Владимир Путин назвал словом «война». В этих условиях особо важным оказывается вопрос, кто с нами, а кто против нас.
Россиянам всегда хотелось поделить мир с американцами пополам
Россиянам всегда хотелось поделить мир с американцами пополам leftfront.org

Каковы представления россиян на этот счет, помогает узнать опрос, проведенный «Левада-центром» в конце мая. Респондентов просили назвать пять стран, которые они считают наиболее близкими друзьями, союзниками России, и пять стран, которые, по их мнению, настроены наиболее недружественно, враждебно по отношению к России. (Им показывали список из почти 60 стран.)

Этот вопрос «Левада-центр» задает уже давно, поэтому есть возможность увидеть сегодняшнюю картину в сравнении с прошлыми временами. Мы выбрали для сопоставления такие три точки на оси времени:

— Первая — 2005-й год. Россия уже провела первый срок с Путиным, переизбрала его на второй. Переход от ельцинской эпохи к путинской, совершается, хотя, быть может, еще не завершился.

— Вторая — 2015-й. Состоялось присоединение Крыма, реакция мировой общественности уже проявила себя вполне. Наши данные покажут реакцию российской общественности на реакцию мировой (в той мере, в какой она в России известна).

— Третья точка — 2021-й год. Он нужен для сравнения с ситуацией до того, что назвали потом «спецоперацией».

Дружеский вакуум

Что думают россияне о своих друзьях и врагах в этой новой ситуации, сообщают данные последнего опроса — он проведен в мае 2023 года.

Мнения обычных жителей страны по вопросам внешней политики складываются почти исключительно на основе того, что говорит им об этом пропаганда (собственные впечатления, полученные в ходе туристических или деловых поездок в другие страны, имеет относительно небольшая доля россиян, их мнения мало влияют на общую картину). Пропаганда же следует за политической линией руководства страны. Во внешней политике много значат тонкости и нюансы. Общественное мнение далеко не всегда их замечает и отражает. Политическая линия порой делает крутые повороты. Они воспроизводятся и в общественном мнении, но иногда с задержкой. «Старые» политические симпатии и антипатии, некогда характерные для большинства в некоторых слоях населения, держатся подолгу и выступают как маргинальные по отношению к «новому» общему мнению. Страны, которые считались друзьями, а затем оказались во врагах, некоторые респонденты продолжают поминать добром. Они отказываются признавать дружественными тех, кого привыкли считать врагами. Но большинство меняет взгляды вместе с руководящей линией.

Есть, однако, политические пристрастия, которые принадлежат политической культуре нашего общества и сами влияют на политиков и политику. Лидеры, от которых зависит, какая будет принята политическая линия, как дети своего народа, разделяют закрепившиеся в народном сознании установки. Чаще всего это установки относительно врагов (порой идущие еще от раскола христианской цивилизации (если не раньше) и ее церквей на «восточную» и «западную»). У таких установок статус и вкус непреложных истин, само собой разумеющихся вещей. Рациональные объяснения не требуются. Более того, требовать их — значит ставить под сомнение основы нашего миропонимания. Почему Запад враждебен России? Потому что он такой. А почему он такой? Потому что он всегда был таким. А почему? Потому что всегда. И так далее, пока вопрошающего самого не сочтут агентом Запада с соответствующими выводами.

В некоторых влиятельных кругах в ходу убеждение, что врагами России от веку являются «англосаксы». Похоже, это представление идет со времен, когда царская, а потом и Советская Россия считала Великобританию наиболее сильным противником. США, чей военный потенциал после Второй мировой войны был уже много сильнее британского, для наших руководителей все еще были в тени Англии: в начальные годы холодной войны главный противник СССР именовался «англо-американским империализмом».

Многие образы и даже риторические фигуры тех времен ожили в обиходе нынешних политиков. Похоже, и в «народном сознании» они сохранились, если не на уровне лексики, то на уровне общих диспозиций. («Англичанка», то бишь Великобритания, входит в наш топ-лист «враждебных» стран и в 2015-м, и в 2021-м, и в нынешнем году.)

Наши исследования конца 1980-х — начала 1990-х показывали, что «новое мышление» и внешнеполитическая доктрина Горбачева, Ельцина и их министров иностранных дел Шеварднадзе и Козырева создали во многих умах неразрешимую путаницу, дав название друзей фигурам вековечных врагов. Характерный для той поры ответ на вопросы «Есть ли у нашей страны враги? И если да, то кто они?» это: «Конечно, есть! Но кто — мы не знаем».

«Свой мужик»

Этот вакуум лишь на время удалось заполнить образами «исламских террористов». Настоящий враг должен быть на Западе. Почему? Потому, что только Запад был для России с давних времен авторитетной инстанцией. На Восток Россия смотрела свысока, полагая себя стоящей на более высокой цивилизационной ступени. Имелся в виду не Древний Восток, а актуальный Восток как зона колонизации, экспансии и доминирования. С Западом — наоборот, хотя покорить Европу тоже мечтали многие в России (в начале СВО некоторые респонденты наших фокус-групп говорили, что скоро «дойдем до Лиссабона»).

О покорении США, каковых позднее признали лидером Запада, вопрос (по крайней мере, в массовом сознании) не ставился. С США со времен Хрущева главным было утвердить, что между нами паритет, равенство сил. Этого (равно)сильного противника российские лидеры — в согласии с установками массового сознания — готовы были признавать (ненавидеть, уважать).

Эта установка существовала и почти все время путинского правления. Апофеозом был период избирательной кампании в США, когда и российские рядовые жители, и российские правящие элиты «болели» за Трампа. Как объясняли тогда бесхитростные респонденты, «Трамп — свой мужик», ему приписывали примерно те же взгляды на мир, что и «нашим». Мол, ему важны только интересы Америки (как нам — России), прочие народы делятся на помогающих и мешающих, но они и их проблемы — не вопрос. Трамп и Путин поймут друг друга. Мы поделим мир с Америкой пополам: это ваше, это наше. Друг к другу лезть не будем. И наступит чудная эпоха — Россия будет править как хочет своей половиной мира, Америка — своей. Демократия у всех будет своя, суверенная. Как нам надо, так и будем вести себя у себя. И никто к нам с указаниями насчет «прав человека» лезть не будет. За это поднимали бокалы с шампанским в нашей Государственной Думе, узнав о победе Трампа на выборах.

Когда выяснилось, что Трамп не может, как у нас принято, делать все как сам решил, что ему приходится считаться с каким-то там Конгрессом, когда выяснилось, что и сам он не настолько уж «наш мужик», разочарование наших верхов было велико. И отозвалось очередным завинчиванием гаек внутри. А что им еще оставалось делать?

Бывшие друзья

Но в начале путинской эры, в 2005 году, «настоящий Запад» еще сохранял остатки репутации «дружественного». Германия стояла второй в списке дружественных стран, Америка еще вызывала позитивные чувства у десятой части россиян (хотя 23% уже вернули ее в стан врагов). О Франции как о дружественной стране думали 13%. Основная нелюбовь была направлена на «бывших наших» — на Латвию, Литву, Грузию, Эстонию (для справки: Украина в это время чаще называется дружественной (17%), чем враждебной (13%) страной).

Присоединение Крыма воспроизвело не раз складывавшуюся ситуацию. Как при нашем вторжении в Финляндию, в Чехословакию, в Афганистан, в Грузию, «мировое сообщество» демонстрировало свое негодование исключением нашей страны из международных организаций, бойкотом, экономическими санкциями и пр.  Неудивительно, что Украина в 2015 году оказалась в списке недружественных стран (37%). Но интересно, что под номером два. Первым номером, главным врагом, вдвое более ненавистным (73%) выступили Соединенные Штаты. Они не уступят это место во все последующие годы. В 2021 году негативные чувства к ним чуть ослабли (66%), но в 2023 все практически вернулось (72%).

В топ-листе негатива, где присутствуют страны, которые назвали недружественными, враждебными не менее одной пятой россиян, кроме США есть и еще «постоянные члены». Мы уже говорили, что в 2005 году там фигурировали Литва и Латвия (на Эстонию обращали меньше внимания).

К сегодняшнему дню список стран, наиболее часто относимых к недружественным, таков.

А также: Франция (19%), Канада (11%). Эстония, Италия, Япония, Финляндия отмечены 5–8% респондентов. Остальные страны называли врагами 4% и менее. Ответ «нет таких» (т.е. нет стран, которые вы бы назвали «наиболее недружественными, враждебно настроенными») дали 2% жителей РФ.

Настоящие друзья

Есть всего четыре страны, которые в качестве недружественных не выбрал совсем никто: Беларусь, Кыргызстан, Монголия и Туркменистан. Туркменистан и Монголия, видимо, находятся на дальней периферии внимания у наших граждан. Их в составе «наиболее близких друзей, союзников России» назвали, соответственно, 1% и 2% опрошенных. Кыргызстан вспомнили 7%.

Что касается Беларуси, это совсем особый случай. Беларусь во все годы возглавляет списки дружественных стран. И чувства к ней все крепче. Ее назвали союзником в 2005 году 46%, в 2015 году — 55%, в 2021-м — 58%, а в нынешнем — 77%. При этом чем старше респонденты, тем чаще они ее выбирают. Бедные чаще богатых, деревенские чаще городских. Но есть и другая категория поклонников Беларуси — руководящие работники, чиновники. Потому Москва, как город чиновников, тоже проявляет повышенную симпатию к вотчине того, кого (видимо, ошибочно) когда-то называли «последним диктатором Европы».

Словом, Беларусь — наш друг номер один. А на второе и третье места в разные годы попадали разные страны, и этот выбор массового сознания всегда был очень выразительным. В далеком 2005 году на втором месте среди друзей была Германия. Правда, симпатии к ней (или вменяемые ей симпатии к нам) были вдвое меньше, чем к Беларуси (23%). Сразу следом шел Казахстан (20%).

Среди стран, которые назвали более одной десятой, но менее одной пятой респондентов, в те, повторим, далекие времена лидировала Украина (17%). Обратим особое внимание на Индию (16%) и Китай (12%), котировавшихся тогда, как видим, не очень высоко. Наряду с ними в числе друзей поминали Францию (13%) и США (11%). Болгария заслужила тогда столько же симпатий, сколько Америка. Великобритания, Италия, Польша, Израиль были упомянуты пятью-шестью процентами опрошенных в 2005 году.

К 2015-му (послекрымскому) году из состава друзей полностью пропали все «западные» страны. Беларусь с ее 55%, как уже говорилось, была на вершине, а на второе место вышел Китай. За 10 лет он поднялся с 12% до 43%. Удвоил свою популярность в качестве «друга» и Казахстан (41%).

Важной чертой новой (еще раз: послекрымской) ситуации является то, что «настоящими» друзьями, признаваемыми половиной (или около того) россиян, являются всего эти три страны. Правда, одна из них — Китай (об особом отношении к нему будет сказано ниже).

В дружеские чувства пяти других стран верили менее одной пятой жителей РФ. Это Индия (18%), Куба (14%), а также бывшие «наши»: Армения (18%), Азербайджан (11%), Кыргызстан (10%). Еще восемь стран получили 5–9% голосов, там лидировала тогда Венесуэла (9%).

К 2021 году спала напряженность, вызванная присоединением Крыма и реакцией мира на нее. Состав тех, кого считают главными друзьями, не изменился. Но о дружеских чувства Китая и Казахстана стали говорить несколько реже — 38% и 34% соответственно, что на 5–7 пунктов ниже, чем в 2015-м. О главных врагах тоже вспоминали меньше (США поминали не 73%, а 66%).

Среди стран-друзей, названных 10-19% респондентов, общая сумма почти в два раза ниже, чем в 2015 году, упоминание стран-врагов «второго эшелона» также снизилось. Та же тенденция относительно суммарных показателей по редко поминаемым странам, будь то друзьям, будь то врагам.

Великая дружба!

Но вот наступила эпоха СВО, и количество мнений о наличии у России друзей выросло в 1,4 раза, а мнений о наличии врагов — в 1,5 раза. Теперь в главных друзьях из «своих» — Беларусь и Казахстан. Уверенность в дружественности Беларуси, как мы отмечали, только растет (с 46% в 2005 г. до 77% в 2023 г.), а с Казахстаном тенденция понижательная с 2015 г. Тогда его зачисляли в друзья 41%, в 2021 г. — 34%, а в нынешнем — только 26%.  Но самое главное — в число «больших друзей» россияне теперь вносят Индию (31%). На упрек, который россияне слышат, мол, вас осуждает весь мир, у них готов ответ: Китай и Индия за нас, а это три миллиарда, так что все в порядке.

Китай, напомним, зачислять в главные друзья начали в 2015 году. Тогда и далее в 2021-м его называли «другом» около 40%. В 2023 году 58% поверили (или убеждают себя, что поверили) в новую «великую дружбу» с Китаем. На фокус-группах довольно быстро выясняется, что дружба эта со стороны Китая — расчетливая политика. О Китае говорят «китайцы делают только то, что им выгодно».  Разговоры прошлых лет о том, что «Китай уже захватил весь Дальний Восток» или «Китай собирается всю нашу Сибирь себе забрать» в смысле прямой оккупации или заселения этих земель китайцами, поутихли. Теперь говорят о том, что «они все там скупают через подставных лиц» или «экономически они все себе подчиняют».

Многие международные обозреватели считают, что мир движется или уже пришел к биполярной конструкции, где полюса — это США и КНР. Роль России, как, впрочем, и Европы, рассматривается именно в рамках этой конструкции.

Жители же РФ продолжают видеть мир в противостоянии России и США, где  Китай — союзник России,  а Европа — сателлит Америки.

читать еще

Подпишитесь на нашу рассылку